Экстремизм

Экстреми́зм (от лат. extremus — крайний, чрезмерный) — приверженность крайним взглядам, методам действий (обычно в политике)[1]. Экстремизму подвержены как отдельные люди, так и организации, преимущественно политические. Среди политических экстремистских действий можно отметить провокацию беспорядков[2], террористические акции, ведение партизанской войны. Наиболее радикально настроенные экстремисты часто отрицают в принципе какие-либо компромиссы, переговоры, соглашения. Росту экстремизма обычно способствуют социально-экономические кризисы, резкое падение жизненного уровня основной массы населения, тоталитарные политические режимы с подавлением властями оппозиции, преследованием инакомыслия[2], внешней интервенцией. В таких ситуациях крайние меры могут стать для некоторых лиц и организаций единственной возможностью действенно повлиять на ситуацию, особенно если складывается революционная ситуация или государство охвачено длительной гражданской войной — в этих случаях можно говорить о «вынужденном экстремизме».

Содержание

Проблема определения понятия

В разных странах и в разные времена было дано много разных юридических и научных определений понятию «экстремизм». Единого определения на сегодняшний день не существует. Доктор Питер Т. Коулман (англ. Peter T. Coleman) и доктор Андреа Бартоли (англ. Andrea Bartoli) в своей работе «Addressing Extremism»[3] предлагали рассматривать экстремизм как "деятельность (убеждения, отношения, чувства, действия, стратегии) личности далекие от общепринятых". Однако определение "общепринятого" - всегда субъективный и политический вопрос, поэтому в любой дискуссии на тему экстремизма затрагивается следующее: одни экстремистские действия могут рассматриваться разными людьми положительно ("борьба за свободу", а другие - отрицательно ("терроризм"), это зависит от ценностей, политических убеждений оценивающего, а также от его отношений с деятелем. Кроме того, оценка одного и того же действия у конкретного человека может меняться в зависимости от условий - руководства, мнения мирового сообщества, кризисов, «сведения исторических счётов» и так далее; различие сил также имеет значение при определении экстремизма, поскольку во время конфликта действия членов более слабой группы часто выглядят более экстремальными, чем такие же действия членов более сильной группы, защищающей свой статус-кво; также более слабые группы скорее предпочтут прямые и эпизодические формы насилия (например, подрывы террористов-смертников), тогда как доминантные группы склонны к более структурированным формам насилия (вроде тайного использования пыток или неформального разрешения зверств полиции) Несмотря на то, что экстремистские группы часто рассматриваются как единые, важно понимать, что и внутри этих групп могут быть конфликты и разные мнения по разным вопросам (так, отдельные члены ХАМАС могут сильно отличаться по своей готовности вступить в переговоры с Израилем)В конечном счете, основная проблема, которую экстремизм представляет в ситуациях затяжного конфликта, заключается не столько в серьезности действий (хотя насилие является очевидной проблемой), но в большей степени в закрытом, фиксированном и нетерпимом характере экстремистских настроений и их последующей невосприимчивости к изменениям.

Другой подход демонстрирует со-координатор Международного Движения по защите прав народов В. Д. Трофимов-Трофимов. Согласно его определению, экстремизм не связан только с политикой и распространяется на все виды человеческой деятельности:

 Экстремизм – это идеология допустимости использования крайних мер, экстремумов социального поведения, для получения желаемого эффекта[4]. 

В рамках данной трактовки термина «экстремизм» в последние годы вошло в практику понятие «потребительский экстремизм» — стремление недобросовестных клиентов получить определенную выгоду и доход, манипулируя законодательством в корыстных целях.[5][6]

Международно-правовое определение

Резолюция Парламентской Ассамблеи Совета Европы, принятая в 2003 г., содержит следующее определение: «экстремизм представляет собой форму политической деятельности, явно или исподволь отрицающую принципы парламентской демократии и основанную на идеологии и практике нетерпимости, отчуждения, ксенофобии, антисемитизма и ультра-национализма»[7].

«Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» от 15 июня 2001 г. даёт следующее определение понятия «экстремизм» (п. 3 ч. 1 ст. 1[8]):

 экстремизм — какое-либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооружённых формирований или участие в них, и преследуемые в уголовном порядке в соответствии с национальным законодательством Сторон. 

Данную Шанхайскую конвенцию подписали[8]: Россия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан и Китайская Народная Республика. В январе 2003 года она была ратифицирована[9] и с 29 марта того же года вступила в силу[10] в России.

Национальные юридические определения

Юридическое определение в России

В России юридическое определение того, какие действия считаются экстремистскими, содержится в статье 1 Федерального Закона № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности».[11]

В соответствии с поправками от 23 ноября 2015 года к экстремистской деятельности (экстремизму) относятся:

  • насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;
  • публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;
  • возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;
  • пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;
  • нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;
  • воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения;
  • воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения;
  • совершение преступлений по мотивам, указанным в пункте «е» части первой статьи Уголовного кодекса Российской Федерации;
  • пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо публичное демонстрирование атрибутики или символики экстремистских организаций;
  • публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения;
  • публичное заведомо ложное обвинение лица, занимающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указанных в настоящей статье и являющихся преступлением;
  • организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению;
  • финансирование указанных деяний либо иное содействие в их организации, подготовке и осуществлении, в том числе путём предоставления учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной и иных видов связи или оказания информационных услуг.[12]

В соответствии с поправкой, принятой в ноябре 2015 года, «Библия, Коран, Танах и Ганджур, их содержание и цитаты из них не могут быть признаны экстремистскими материалами»[13].

Критика

Европейская комиссия по борьбе с расизмом и нетерпимостью (ЕКРН) отмечает расплывчатость формулировки понятия «экстремизм» в российском законодательстве. Комиссия неоднократно рекомендовала[14]:

[…] пересмотреть определение экстремизма в федеральном законе о противодействии экстремистской деятельности для обеспечения того, чтобы оно распространялось лишь на серьёзные случаи, связанные с ненавистью и насилием […] чётко изложить те критерии, которые должны соблюдаться для того, чтобы объявить какой-либо материал экстремистским

.

Юридическое определение в Белоруссии

В Белоруссии до апреля 2016 года понятие «экстремизм» отсутствовало в уголовном праве, хотя с 2007 года действует отдельный закон «О противодействии экстремизму» и разжигание национальной или религиозной розни преследовалось по статье 130 Уголовного кодекса. Белорусский закон «О противодействии экстремизму» максимально подробно определяет экстремизм (экстремистскую деятельность) как[15]:

  • «деятельность политических партий, других общественных объединений, религиозных и иных организаций (далее — организации) либо граждан Республики Беларусь, иностранных граждан или лиц без гражданства (далее, если не указано иное, — граждане) по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных на насильственное изменение конституционного строя и (или) территориальной целостности Республики Беларусь, захват или удержание государственной власти неконституционным путём, создание незаконных вооруженных формирований, осуществление террористической деятельности, разжигание расовой, национальной или религиозной вражды или розни, а также социальной розни, связанных с насилием или призывами к насилию, унижение национальной чести и достоинства, организацию и осуществление массовых беспорядков, хулиганских действий и актов вандализма по мотивам расовой, национальной, религиозной вражды или розни, политической или идеологической вражды, а равно по мотивам вражды или розни в отношении какой-либо социальной группы, пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности, пропаганду и публичное демонстрирование, изготовление и распространение нацистской символики или атрибутики;»
  • «воспрепятствование законной деятельности государственных органов, в том числе Центральной комиссии Республики Беларусь по выборам и проведению республиканских референдумов, избирательных комиссий, комиссий по референдуму или комиссий по проведению голосования об отзыве депутата, а также законной деятельности должностных лиц указанных органов или комиссий, совершенное с применением насилия, угрозы его применения, обмана, подкупа, а равно применение насилия либо угроза насилием в отношении близких указанных лиц в целях воспрепятствования законной деятельности этих должностных лиц или принуждения к изменению характера такой деятельности либо из мести за выполнение ими служебных обязанностей; публичные призывы к указанным деятельности и действиям, их финансирование либо иное содействие в их осуществлении, в том числе путем предоставления недвижимого имущества, средств электросвязи, учебных, полиграфических, иных материально-технических средств или информационных услуг».

В апреле 2016 года в Белоруссии была введена ответственность за экстремизм (сразу в уголовном и административном порядке)[16]. Нововведения были следующие[16]:

  • В статью 130 Уголовного кодекса введена ответственность за разжигание социальной вражды и розни, караемая от штрафа до лишения свободы (до 5 лет);
  • Введена ответственность «за создание экстремистского формирования, за руководство им или его структурным подразделением» — ограничение свободы до 5 лет или лишение свободы от 3 до 7 лет (при повторном нарушении этой статьи — ограничение свободы на срок от 3 до 5 лет или лишение свободы на срок от 6 до 10 лет).
  • Введена ответственность за «финансирование деятельности экстремистского формирования» — ограничение свободы на срок до 5 лет или лишение свободы на срок от 3 до 6 лет.
  • Установлено, что от уголовной ответственности за создание экстремистского формирования, руководство им, а также за финансирование его деятельности освобождаются лица, сообщившие своевременно правоохранительным органам о его деятельности
  • Введена административная ответственность за распространение информационной продукции с призывами к экстремизму (в том числе за тиражирование материалов, не включённых в экстремистский список).

Новые нормы стали применяться. В декабре 2016 года был задержан и взят под стражу корреспондент российского информационного агентства «Regnum», которому вменили в том числе возбуждение «социальной вражды» (ч. 1 ст. 130 Уголовного кодекса Республики Беларусь)[17].

Юридические определения в США

В отличие от таких юрисдикций как Российская Федерация или ЕС, в США высказывание экстремистских взглядов защищено первой поправкой к конституции, и преступлениями считаются только конкретные действия в случаях, когда они подпадают под соответствующие определения в законодательстве. Термин «экстремизм» не является широко распространённым в юридической практике. Подобные преступления в некоторых штатах США часто квалифицируются как «преступления на почве ненависти». Это специальная юридическая квалификация особого рода преступлений против личности, совершаемых под влиянием ненависти к лицам иной расы или национальности, вероисповедания, этнического происхождения, политических убеждений, пола и сексуальной ориентации, инвалидам[18]. Такая дополнительная квалификация, отягчающая вину и ужесточающая наказание, существует в некоторых штатах США, в ряде стран Западной и Центральной Европы, но отсутствует в других штатах и государствах[19].

Профилактика подросткового и молодёжного экстремизма

В России многие школы и вузы, органы управления образованием разрабатывают специальные планы профилактики экстремизма, создают рабочие группы, проводят разнообразные профилактические мероприятия.

В принятой городским парламентом Калуги в 2006 году целевой программе «Профилактика беспризорности, безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних на 2007—2009 годы» в частности содержались меры, призванные развить в подростках неприятие нацистской атрибутики и участия в несанкционированных собраниях[20].

Вопросам профилактики подросткового и молодёжного экстремизма посвящены ряд публикаций.[21][22][23][24][25]

Уголовное преследование за экстремизм в России

В России статьи Уголовного кодекса, предусматривающие ответственность за экстремизм, применяются очень широко (чаще всего по части 1 статьи 282 УК РФ). В 2013—2015 годах число осуждённых по этим статьям увеличилось более, чем вдвое.

Численность осуждённых в РФ за экстремистскую деятельность

Данные по числу осуждённых по экстремистским статьям всеми судами России по годам следующие (суммарное число осуждённых по статьям 282, 282.1 и 282.3 УК РФ):

  • 2013 год — 227 осуждённых по основной квалификации, ещё 48 осуждённых эта квалификация была вменена в дополнение к другому преступлению[26]
  • 2014 год — 307 осуждённых по основной квалификации, ещё 40 осуждённым эта квалификация вменена в дополнение к другому преступлению[27]
  • 2015 год — 414 осуждённых по основной квалификации, ещё 110 осуждённым эта квалификация вменена в дополнение к другому преступлению[27]. При оценке этих данных следует учесть, что в 2015 году в России была полномасштабная амнистия, по которой были прекращены уголовные дела в отношении целого ряда обвинённых в экстремизме. По данным судебного департамента, в 2015 году были по статьям 282—282.3 были прекращены по нереабилитирующему основанию (в том числе по амнистии) уголовные дела в отношении 107 лиц (по основной квалификации) и 16 человек по дополнительной квалификации[27].

Статистические данные по числу осуждённых по экстремистским статьям (280, 280.1, 282, 282.1-282.3 УК РФ) по всем судам России за 2016 год следующие: 545 осуждённых по основной квалификации, ещё 159 лицам обвинение по этим статьям вменено в дополнение к другим преступлениям. Из них 60 человек приговорены к лишению свободы. Общее число оправданных — 7 человек [28]. За 2017 год - осуждено 606 лиц по основной квалификации, ещё 190 лицам обвинение вменено в дополнение к другим преступлениям. Из них 88 человек приговорены к лишению свободы, 367 получили условный срок. Оправдано 6 человек. [29]. За 2018 год — 553 осуждённых по основной квалификации, ещё 181 лицу обвинение по данным статьям вменено в дополнение к другим преступлениям. 88 лиц приговорены к реальным срокам лишения свободы. 345 — к условным срокам. Оправдано 7 человек [30].

Осуждённых за преступления на почве ненависти в России скорее всего больше, так как ряд статей Уголовного кодекса РФ предусматривает отдельную ответственность за совершение преступления по мотивам ненависти — например, по части 2 статьи 116 УК РФ квалифицируются побои как из хулиганских побуждений, так и нанесённые по мотивам ненависти. Однако Судебный департамент при Верховном суде Российской Федерации не выделяет в своих статистических отчётах по каким преступлениям мотив ненависти был вменён.

Социально-демографические характеристики осуждённых за экстремизм

Социально-демографический состав осуждённых за экстремистские преступления можно определить достаточно точно. Судебный департамент при Верховном суде РФ не даёт за 2013 год отдельной характеристики по каждой «экстремистской» статье, а даёт общую характеристику по осуждённым по статьям 275—284 УК РФ. Из 309 осуждённых в 2013 году по статьям 275—285 УК РФ (осуждённые по основной статье), подавляющее большинство (227 осуждённых по основной статье) были приговорены за экстремистские преступления. Поэтому вряд ли социально-демографический состав осуждённых по статьям 275—284 УК РФ сильно отличается от социально-демографического состава осуждённых по статьям 282—282.2 УК РФ. Основные социально-демографические характеристики осуждённых по 274—285 статьям УК РФ и обстоятельства совершения преступления следующие (на 2013 год)[26]:

  • Очень высокий уровень образования. Из 309 осуждённых по этим статьям, 96 человек (31 %) имели высшее или неполное высшее образование. Для сравнения — среди осуждённых в 2013 году по всем статьям УК РФ высшее образование имели только 8 %.
  • Преобладание мужчин. Из 309 осуждённых по этим статьям было только 16 женщин (5 %). При этом среди осуждённых по всем статьям УК РФ женщин было почти втрое больше — 15 %.
  • Низкая доля иностранцев. Из 309 осуждённых только четверо не имели российского гражданства.
  • Более половины осуждённых (181 из 309) совершили преступление в столицах субъектов РФ
  • Почти все осуждённые (308 из 309) совершили преступление в трезвом виде.
  • Большинство осуждённых (249 человек — 80 %) не имело судимости (в том числе погашенной) на момент совершения преступления. В целом же среди осуждённых по всем статьям УК РФ ранее судимые (в том числе с погашенной судимостью) составляли в 2013 году 45 %.

Размеры и виды наказаний за экстремизм

О реальных размерах и видах, назначаемых судами наказаний по статье 282 УК РФ можно судить по статистике Судебного департамента при Верховном суде РФ за 2014 год. Основными видами реально назначаемого наказания являются исправительные и общественные работы. Из 267 осуждённых по этой статье, лишение свободы (реальное) было назначено только 13 лицам, 27 осуждённых получили условные сроки, 49 — штрафы, 97 — обязательные работы, 60 — исправительные работы[27].

Другие ограничения

Кроме того, лицо, которое обвиняется в экстремистском преступлении (или осуждено за его совершение), включается в специальный список Росфинмониторинга[31]. Это означает, что у данного лица блокируются все банковские счета (в том числе электронные)[31]. Такое лицо также не имеет права оформить доверенность у нотариуса или вступить в наследство[31]. Блокировка счетов осуждённого за экстремистское преступление в России формально не считается уголовным наказанием[31]. С заблокированных счетов осуждённый вправе снимать не более 10 тыс. рублей в месяц на себя и неработающего члена семьи[31]. При этом каждый раз для снятия денег необходимо писать заявление, которое потом банк согласует с Росфинмониторингом (процедура занимает, по словам одного из осуждённых, два дня)[31]. С заблокированного счёта также разрешается оплачивать кредиты (если они взяты до включения в список) и налоги[31]. Формально возможности выйти из списка Росфинмониторинга нельзя[31]. Однако известен случай, когда осуждённый за экстремистское преступление добился своего исключения из списка после того, как был амнистирован[31].

Частичная либерализация законодательства в 2018 году

После ряда громких уголовных дел по статье 282 УК РФ в 2018 году из-за публикаций в социальных сетях, необоснованных, по мнению общества, законодательство об уголовной ответственности за преступления экстремистской направленности и практика его применения были смягчены.

7 июня во время «Прямой линии с Владимиром Путиным» писатель, депутат Госдумы Сергей Шаргунов обратил внимание Президента России на то, что в последнее время к нему поступает много тревожных сигналов о возбуждении уголовных дел за лайки и репосты, где нет призывов к насилию, а есть только нелепые и резкие суждения. Глава государства ответил, что надо определиться с самим понятием «экстремизма». Он указал, что «не нужно доводить все до маразма и абсурда». И попросил «Общественный народный фронт» проанализировать ситуацию[32].

20 сентября 2018 г. Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял постановление N 32 «О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 года N 11 „О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности“». В данном постановлении было разъяснено, что размещение в сети «Интернет» материала может быть квалифицировано по ст. 282 УК РФ только в случаях, когда установлено, что лицо, разместившее такой материал, осознавало направленность деяния на нарушение основ конституционного строя, а также имело цель возбудить ненависть или вражду либо унизить достоинство человека или группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии либо принадлежности к какой-либо социальной группе. Верховный суд РФ также указал, что при решении вопроса о наличии или отсутствии у лица прямого умысла и цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, форму и содержание размещённой информации, её контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица, сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в том числе о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и пользовательской аудитории, данные о его личности, объем подобной информации, частоту и продолжительность её размещения, интенсивность обновлений[33].

Практически одновременно вышло также Указание Генеральной прокуратуры РФ от 21 сентября 2018 г. № 602/27 «Об усилении прокурорского надзора за исполнением законов при выявлении, пресечении, раскрытии и расследовании преступлений экстремистской направленности», где было разъяснено (п. 1.12), что цель возбуждения ненависти является одним из основных признаков состава преступления, предусмотренного ст. 282 УК РФ, что отсутствие такой цели исключает привлечение к уголовной ответственности по этой статье, а сам факт размещения в сети «Интернет» изображения, аудио- или видеофайла, пусть даже и содержащего признаки возбуждения вражды и ненависти при отсутствии иных признаков состава преступления не является основанием для привлечения к уголовной ответственности. Генпрокуратура РФ также указала (п. 1.14), что высказывание суждений и умозаключений, использующих факты межнациональных, межконфессиональных или иных социальных отношений в научных или политических дискуссиях и текстах и не преследующих цели возбудить ненависть либо вражду, а равно унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе, не является преступлением, предусмотренным статьей 282 УК РФ[34].

В конечном итоге 3 октября 2018 г. Президент РФ внес в Государственную Думу два законопроекта, направленные на частичную декриминализацию ст. 282 УК РФ. В соответствии с поправками уголовно наказуемыми предлагалось объявить лишь те действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека или группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а также принадлежности к какой‑либо социальной группе, совершенные публично, в том числе с использованием СМИ или через Интернет, если они совершены лицом после его привлечения к административной ответственности за аналогичное деяние в течение одного года. Тогда как за первое нарушение гражданам будет грозить административный штраф в размере от 10 тыс. до 20 тыс. рублей, или обязательные работы на срок до 100 часов, или административный арест на срок до 15 суток, а юридическим лицам — штраф от 250 тыс. до 500 тыс. рублей. Для этих целей Президент РФ предложил дополнить КоАП РФ новой статьей 20.3.1.[35]

Данный пакет законопроектов был достаточно быстро принят Государственной Думой.[36]И уже 27 декабря Президент подписал федеральные законы о внесении изменения в ст. 282 УК РФ и о дополнении КоАП РФ статьей 20.3.1.[37] 29 декабря 2018 года оба документа были опубликованы в «Российской газете».[38][39]

Предложения о поправках в ст. 282 УК РФ, не вошедшие в текст закона.

Следует отметить, что в ходе обсуждения законопроекта о внесении изменения в ст. 282 УК РФ звучали и более радикальные предложения. Некоторые из них вносились в Государственную Думу, однако они все же не были в конечном итоге учтены депутатами.

Так, Совет по правам человека при президенте РФ представил в Думу Рекомендации по совершенствованию законодательства о противодействии экстремизму и практики его применения. СПЧ предлагал сузить легальное определение экстремистской деятельности, закрепленное в ст. 1 Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», поскольку ряд используемых в дефиниции конструкций (например, «разжигание социальной розни», «утверждение религиозного превосходства» и др.) невозможно однозначно истолковать.

Кроме того, в Рекомендациях предлагалось закрепить в качестве обязательного признака экстремистской деятельности признак насилия (применение насилия, угроза его применения, призывы к насилию или иная явная поддержка насилия), поскольку в этом случае будет исключена возможность уголовного наказания за высказывания, не представляющие реальной угрозы защищаемым Конституцией РФ интересам.[40]

И СПЧ при Президенте РФ и Уполномоченный по правам человека в РФ предлагали также исключить из статьи 282 УК РФ упоминание действий, совершенных по признаку принадлежности к какой-либо «социальной группе» — поскольку этот термин «является недостаточно определенным, и, как свидетельствует правоприменительная практика, его применение становится произвольным», порождая такие спорные «социальные группы», как «атомщики», «ватники», «депутаты Госдумы» и т. п.

Также предлагалось исключить из ст. 282 УК РФ формулировку «унижение достоинства» человека либо группы лиц, оставив только «возбуждение ненависти либо вражды», поскольку первая формулировка на практике сопоставима с оскорблением, которое является административным правонарушением, а не уголовным преступлением.[41]

Аналогичные поправки вносились и депутатами Государственной Думы от КПРФ Николаем Коломейцевым и Юрием Синельщиковым. Однако их предложения о полном исключении из соответствующих статей УК и КоАП формулировок об «унижении достоинства» и о «какой-либо социальной группе», а также о наказании по ст. 282 УК только за преступления, связанные с применением насилия или с использованием служебного положения, были рекомендованы к отклонению профильным комитетом. Не поддержали депутаты и поправки сенатора Владимира Лукина, предложившего не приговаривать по ст. 282 УК к лишению свободы. Предложения Уполномоченного по правам человека Татьяны Москальковой и рекомендации СПЧ в форме поправок не вносились[42].

Критика государственной политики России в сфере борьбы с экстремизмом

По мнению ряда журналистов, в России начала XXI века термин «экстремизм» приобрёл однозначно отрицательный смысл и главным образом используется в государственных СМИ с целью:

  • создания негативного образа и уголовного преследования общественных активистов[43][44][45][46][47], членов оппозиционных движений[48], независимых журналистов[49][50];
  • создания негативного имиджа националистических и/или религиозных движений и организаций, дискредитации их позиций и взглядов и легитимации их запрещения.

Известны случаи возбуждения уголовных дел по статье 282 УК РФ за высказывания в интернете (в частности, за оскорбления сотрудников правоохранительных органов — полицейских, которых признают «социальной группой»)[51][52].

В январе 2010 года житель Костромы Роман Замураев, обвинявшийся по ч. 1 ст. 282 УК РФ в связи с распространением в Интернете признанной экстремистской листовки «Ты избрал — тебе судить!» (материал газеты «Дуэль»), обратился в Конституционный Суд РФ с заявлением, в котором указал, что «норма уголовного закона о преследовании за разжигание вражды по признаку принадлежности к „социальной группе“ противоречит Конституции РФ и общепризнанным нормам по правам человека, поскольку носит абсолютно неконкретный характер и создаёт условия для неконституционного ограничения свободы слова и идеологического плюрализма»[53]. Однако 22 апреля 2010 г. Конституционный Суд РФ своим Определением № 564-О-О отказал в рассмотрении жалобы Замураева, указав что «норма направлена на охрану общественных отношений, гарантирующих признание и уважение достоинства личности независимо от каких-либо физических или социальных признаков, и устанавливает уголовную ответственность не за любые действия, а только за те, которые совершаются с прямым умыслом, направленным на возбуждение ненависти или вражды, унижение достоинства человека или группы лиц, в связи с чем неопределённости не содержит и сама по себе не может рассматриваться как нарушающая конституционные права заявителя»[54].

9 июня 2011 года в ходе обсуждения проекта постановления пленума Верховного суда РФ по уголовным делам об экстремизме докладчик, судья Верховного суда Владимир Давыдов выразил обеспокоенность и тем, что в законодательстве не прописано определение спорного понятия «социальная группа», предположил, что вводя подобный термин, «законодатель хотел оттенить слабые, незащищенные группы, но сделал это крайне неудачно». Было заявлено, что Верховный суд планирует в ожидании помощи от законодательной власти рекомендовать судам трактовать «социальные группы» ограничительно, а не расширительно — то есть, нарушения могут в быть в отношении «социально слабых групп» — пенсионеров, инвалидов, сирот[55]. Однако в принятом постановлении термин «социальная группа» не был истолкован таким образом. Тем не менее, было указано, что критика в средствах массовой информации должностных лиц (профессиональных политиков), их действий и убеждений сама по себе не должна рассматриваться во всех случаях как действие, направленное на унижение достоинства человека или группы лиц, поскольку в отношении указанных лиц пределы допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц[56].

Данное Постановление «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» было принято 28 июня 2011 г.[57] и опубликовано в «Российской газете» 4 июля[58].

14 февраля 2012 года Европейский парламент одобрил текст резолюции по политической ситуации в России, в которой в 14 пункте констатировал, что Европарламент «выражает глубокую обеспокоенность в отношении неправомерного использования антиэкстремистского законодательства, касающегося незаконной реализации уголовного права против гражданских общественных организаций, таких как „Мемориал“, и религиозных меньшинств, таких как свидетели Иеговы и „Фалунь Дафа“ и неуместного запрета их материалов в качестве экстремистских»[59].

В письме от 19 декабря 2011 года председатель Мониторингового комитета Парламентской Ассамблеи запросил мнение Венецианской комиссии относительно Федерального Закона Российской Федерации «О противодействии экстремистской деятельности». На основании данного запроса, на 91-й пленарной сессии (Венеция, 15-16 июня 2012 года) «Европейская комиссия за демократию через право» (Венецианская комиссия) вынесла мнение по поводу российского Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». С точки зрения Венецианской комиссии:

  1. Закон об экстремизме, вследствие широкого и неточного словоупотребления, в особенности в «основных понятиях», определяемых в Законе, таких как определение «экстремизма», «экстремистской деятельности», «экстремистских организаций» или «экстремистских материалов», — предоставляет слишком широкое усмотрение в своём толковании и применении, что ведёт к произволу.
  2. Конкретные инструменты, предусмотренные Законом для противодействия экстремизму рождают вопросы, касающиеся свободы объединений и свободы выражения мнения, которые гарантируются ЕКЗПЧ, и требуют внесения адекватных поправок.
  3. Как таковой Закон об экстремизме может способствовать наложению несоразмерных ограничений на основные права и свободы, которые гарантируются Европейской конвенцией о защите прав человека (в особенности Статьями 6, 9, 10 и 11), и нарушению принципов законности, необходимости и соразмерности.

В свете вышеизложенных комментариев, Венецианская комиссия рекомендует исправить этот существенный недостаток в отношении определений и инструментов, предоставляемых Законом, чтобы привести их в соответствие с Европейской конвенцией о защите прав человека[60][61].

Саентологами

В конце 2011 года религиозное объединение «Саентологическая церковь Москвы» направила обращение под названием «Анализ, критика и предложения в отношении Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ „О противодействии экстремистской деятельности“»[62][63] законодателям и некоторым региональным судам Российской Федерации. В ответ было получено множество писем поддержки[62].

Ранее юристы Церкви саентологии добились исключения 29 наименований работ основателя саентологии Л. Рона Хаббарда из списка экстремистской литературы Министерства юстиции РФ[64] Кроме того, в связи с поступившим во Владимирский областной суд письмом директора по официальным вопросам религиозного объединения «Саентологическая церковь Москвы» от 01.11.2011 года, данным судом было издано «Обобщение судебной практики рассмотрения гражданских дел, связанных с применением Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ „О противодействии экстремистской деятельности“, за 2010—2011 года»[62].

В ноябре 2012 года в независимом научно-популярном журнале «Право и жизнь», № 11 вышла статья адвоката Церкви саентологии Ю. Л. Ершова «Реванш мракобесия. Антиэкстремистское законодательство наносит очередной удар»[65], в которой он высказал мнение о грубых нарушениях (подлог доказательств, фальсификация и т. п.), допущенных судом и прокуратурой в ходе судебного процесса по признанию ряда книг авторства Л. Рона Хаббарда экстремистскими. Ершов считает, что экспертиза по «экстремистским делам» зачастую основана на принципе «бумага стерпит все». Также в своей статье в «Новой адвокатской газете» сравнил современную кампанию по борьбе с экстремизмом с лысенковщиной нашего времени.[66]

Судья АНО «Третейский энергетический суд» (учредитель ОАО "Татэнерго"), член Ассоциации по улучшению жизни и образования, начальник юридического управления ОАО «Нижнекамскнефтехим», соучредитель и член «Саентологической церкви г. Нижнекамска» А. Р. Султанов в статье « Рассмотрение дел об ограничении свободы распространения мнений и убеждений и запрете литературы в особом производстве — возвращение упрощённых недемократических карательных практик?» в журнале «Адвокат» рассмотрел некоторые проблемы, возникшие с появлением такой новой процессуальной категории, как дела о признании информационных материалов экстремистскими. По мнению автора, «одной из ошибок является движение судебной практики к рассмотрению таких дел в процедуре особого производства». К этому выводу он приходит на основе исторического анализа данного процессуального института и соответствия рассмотрения дел в процедуре особого производства европейским стандартам.[67].

Практика ЕСПЧ, Конституционного Суда РФ, Верховного суда РФ

По делам о признании материалов экстремистскими на основании ст. 13 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» и по уголовным делам о возбуждении ненависти и вражды по ст. 282 УК РФ накопилась судебная практика высших судов (ЕСПЧ, Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ), которая должна учитываться судами и другими правоохранительными органами, и может использоваться гражданами и организациями для защиты своих прав.

Европейский суд по правам человека:

1. Отмечал, что в случаях, когда высказывания не содержат прямого или косвенного побуждения к насилию, государство не должно ограничивать права общественности на ознакомление с ними [68].

2. Находил неправомерным, если вывод об экстремистском содержании текстов, высказываний, видеоматериалов делался не судами, а экспертами-лингвистами.

3. Признавал нарушением справедливой процедуры, если суды суды не изучали экспертные заключения лингвистов или психологов, а просто воспроизводили в судебном решении итоговый вывод экспертов.

4. Расценивал как неправомерный подход российских судов, которые не пытались самостоятельно исследовать тексты или видеоматериалы (то есть судьи попросту сами не читали книги, не смотрели в судебном заседании видео и т. п.).

5. Признавал нарушением прав, если суды в своих решениях не приводили точных цитат (или конкретных фрагментов видео), которые, по их мнению, являются экстремистскими.

6. Однозначно считал нарушением прав, гарантированных Европейской конвенцией, если авторы книг, видеоматериалов не могли участвовать в судебном заседании.

7. Признавал грубейшим нарушением процессуальных прав граждан, если суды сразу же отклоняли все доказательства, представленные гражданами в обоснование отсутствия экстремизма, без их рассмотрения.

8. Крайне неодобрительно относился к случаям, когда суды не указывали, какие именно места в книгах они считают «экстремистскими», лишая тем самым авторов и издателей возможности переиздать книги после удаления проблемных мест, поскольку такие судебные решения сводились к абсолютному запрету на публикацию и распространение рассматриваемых книг.

9. Требовал, чтобы суды анализировали не только формулировки высказываний, а обязательно устанавливали контекст дискуссии, выясняли, какую идею пытались передать данные высказывания, оценивали, действительно ли они несут вредный потенциал.

10. Отмечал, что строгие приговоры могут производить «устрашающее воздействие» в области реализации права на свободу слова и создать представление о невозможности обсуждения вопросов общественной значимости.

11. Отдельно подчеркнул, что правоохранительные органы вряд ли можно считать незащищенным меньшинством, группой, становившейся жертвой преследований и неравенства, сталкивающейся с глубоко укорененными предрассудками, враждебным отношением и дискриминацией, или уязвимой в ином отношении. Они должны быть особенно терпимы к оскорбительным высказываниям, за исключением случаев, когда таковые с неизбежностью провоцируют противозаконные действия по отношению к сотрудникам и подвергают их риску физического насилия [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] .

Конституционный суд РФ:

В своем Определении от 28 февраля 2017 г. № 463-О разъяснял, что суд, рассматривая требование прокурора о признании информационного материала экстремистским и о запрете его распространения, не лишен права — исходя из фактических обстоятельств конкретного дела, с тем, чтобы обеспечить соразмерность ограничения прав и свобод граждан, в том числе свободы вероисповедания и свободы слова, - признать экстремистским материалов только определенную часть информационного материала и запретить его распространение только в этой части (если он распространяется вместе с указанной частью) [77].

Верховный суд РФ:

В своём Определении от 5 октября 2010 года № 5-В10-67 Верховный Суд РФ сделал вывод, что суд, рассматривая дело, не просмотрев ни одной видеозаписи… ограничившись внешним изучением дисков (носителей информации), на которых программа была записана, тем самым заменил личное восприятие исследуемых первоначальных доказательств (видеозаписи телепрограммы…) и их собственную оценку оценкой производных доказательств, то есть экспертных заключений, которые в силу прямого указания закона для суда не обязательны и не могут являться исключительным средством доказывания. Между тем из содержания ч. 3 ст. 185 ГПК РФ не следует, что назначение по делу в необходимых случаях экспертизы освобождает суд от обязанности соблюдать установленный нормами ч. 1 ст. 67 и ч. 1 ст. 157 ГПК РФ принцип непосредственного исследования доказательств, как один из основных принципов судебного разбирательства, обеспечивающих вынесение законного решения по делу. Соответственно суд не должен был класть в основу решения в нарушение принципа непосредственного исследования доказательств лишь производное доказательство (экспертное заключение) [78].

См. также

Примечания

  1. Российский энциклопедический словарь / Гл. ред. А. М. Прохоров. — М.: Научное изд-во «Большая Российская энциклопедия», 2000. — Т. 2. — С. 1832. — 1023 с. — ISBN 5-85270-292-7.
  2. 1 2 Экстремизм // Безопасность: теория, парадигма, концепция, культура. Словарь-справочник / Автор-сост. профессор В. Ф. Пилипенко. — Изд. 2-е, доп. и перераб. — М.: ПЕР СЭ-Пресс, 2005.
  3. Coleman Peter T.; Bartoli Andrea. Addressing Extremism (англ.) (PDF) (недоступная ссылка). The International Center for Cooperation and Conflict Resolution (ICCCR), Teachers College, Columbia University // The Institute for Conflict Analysis and Resolution (ICAR), George Mason University. Дата обращения 10 апреля 2011. Архивировано 24 сентября 2015 года.
  4. Трофимов-Трофимов В. Д. Экстремизм (недоступная ссылка) (2011). Дата обращения 5 июля 2011. Архивировано 7 апреля 2013 года.
  5. Потребительский экстремизм
  6. Потребительский экстремизм: современные тенденции и механизмы противодействия
  7. РЕЗОЛЮЦИЯ 1344 (2003). Об угрозе для демократии со стороны экстремистских партий и движений в Европе
  8. 1 2 Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом (Заключена в г. Шанхае 15.06.2001)
  9. Федеральный закон от 10.01.2003 № 3-ФЗ «О ратификации Шанхайской конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом»
  10. Справка о документе «Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом». Консультант-Плюс. Дата обращения 11 апреля 2011. Архивировано 5 февраля 2012 года.
  11. Федеральный закон от 25.07.2002 № 114-ФЗ (ред. от 29.04.2008) «О противодействии экстремистской деятельности» // Российская газета. — 2002. — № 138—139, 30.07.2002. Консультант-Плюс
  12. ГАРАНТ. ivo.garant.ru. Дата обращения 30 июля 2017.
  13. Шебалина Я. Путин подписал закон о неподсудности священных книг // Ведомости, 23.11.2015
  14. «Совет Европы повторно призвал Россию пересмотреть определение экстремизма»
  15. Закон Республики Беларусь 4 января 2007 г. № 203-З О противодействии экстремизму
  16. 1 2 Подписаны поправки в закон об экстремизме, добровольцах-наемниках и разжигании социальной вражды
  17. Следственным комитетом расследуются уголовные дела, возбуждённые по ст. 130 Уголовного кодекса Республики Беларусь
  18. Мотив, 2000.
  19. Кузьмина Н. В. Психолого-криминологический анализ субъективной стороны составов преступлений экстремистской направленности. Научный вестник Уральской академии государственной службы. УрАГС (18 января 2010). Дата обращения 25 марта 2011. Архивировано 5 февраля 2012 года.
  20. В Калуге активизируется борьба с детским экстремизмом
  21. Зубок, Ю. А. Чупров, В. И. Самоорганизация в проявлениях молодёжного экстремизма // Социологические исследования. — 2009. — № 1. — С. 78-88.
  22. Беликов С. Антифа. Молодёжный экстремизм в России. — М.: Алгоритм, 2012.
  23. Зубок Ю. А., Чупров, В. И. Молодёжный экстремизм: сущность и особенности проявления. // Социологические исследования. — 2008. — № 5. — С. 37-47.
  24. Давыдов Д. Г. Причины молодёжного экстремизма и его профилактика в образовательной среде // Социология образования. — 2013. — № 10. — С. 4-18. — ISSN 1561-2465.
  25. Кирсанов А. И., Давыдов Д. Г., Завальский А. В., Скрибцова Н. А. Характеристика экстремизма в молодёжной среде и его профилактика в образовательной организации (по результатам экспертного опроса) // Психологическая наука и образование : Электронный ресурс. — 2014. — № 1. — ISSN 2074-5885.
  26. 1 2 Данные судебной статистики: сводные статистические показатели о состоянии судимости в России за 2013 год
  27. 1 2 3 4 Данные судебной статистики: сводные статистические показатели о состоянии судимости в России за 2014 год
  28. Судебный департамент при Верховном Суде РФ. Данные судебной статистики. Сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 2016 год. cdep.ru. Дата обращения 1 июня 2019.
  29. Судебный департамент при Верховном Суде РФ. Данные судебной статистики. Сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 2017 год.. cdep.ru. Дата обращения 2 июня 2019.
  30. Судебный департамент при Верховном Суде РФ. Данные судебной статистики. Сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 2018 год. cdep.ru. Дата обращения 3 июня 2019.
  31. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Без права на банковский счёт: как живут осуждённые за экстремизм
  32. Прямая линия с Владимиром Путиным 7 июня 2018 г.. Администрация Президента России. Дата обращения 29 июня 2019.
  33. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 сентября 2018 г. № 32 г. Москва "О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 года № 11 "О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности"". Российская газета. Дата обращения 29 июня 2019.
  34. Указание Генеральной прокуратуры РФ от 21 сентября 2018 г. № 602/27 “Об усилении прокурорского надзора за исполнением законов при выявлении, пресечении, раскрытии и расследовании преступлений экстремистской направленности”. www.garant.ru. Дата обращения 29 июня 2019.
  35. Владимир Путин предложил частично декриминализировать статью 282 УК РФ. Государственная Дума. Дата обращения 29 июня 2019.
  36. №558345-7 Законопроект :: Система обеспечения законодательной деятельности. sozd.duma.gov.ru. Дата обращения 29 июня 2019.
  37. Подписан закон о смягчении статьи 282 УК РФ. Президент России. Дата обращения 29 июня 2019.
  38. Федеральный закон от 27 декабря 2018 г. N 519-ФЗ "О внесении изменения в статью 282 Уголовного кодекса Российской Федерации". Российская газета. Дата обращения 29 июня 2019.
  39. Федеральный закон от 27 декабря 2018 г. N 521-ФЗ "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях". Российская газета. Дата обращения 29 июня 2019.
  40. Рекомендации СПЧ по совершенствованию законодательства о противодействии экстремизму и практики его применения - СПЧ. www.president-sovet.ru. Дата обращения 31 июля 2019.
  41. Москалькова предложила изъять из 282 статьи норму о «социальных группах». roskomsvoboda.org. Дата обращения 31 июля 2019.
  42. Москалькова направила в Думу поправки к законопроектам о частичной декриминализации ст. 282 УК. SOVA Center for Information and Analysis. Дата обращения 31 июля 2019.
  43. «Молодёжный экстремист» Иосиф Абрамсон
  44. Преследование профсоюза «Единство» усиливается
  45. Автомобилистов обвинили в экстремизме за плакат
  46. Омские силовики реализуют новую тактику воздействия на молодых гражданских активистов
  47. Игорь Аверкиев отвергает обвинения в экстремизме
  48. Закон об экстремизме. Участие оппозиции в выборах
  49. Издательский дом «Коммерсантъ» обжаловал обвинения в экстремизме
  50. С телеканала «2×2» снято обвинение в экстремизме — Интерфакс
  51. Интернет-сообщество Коми предложило прекратить уголовное преследование Саввы Терентьева // ИА КомиОнлайн, 25.05.2007
  52. Русофоба оштрафовали // Комсомольская правда, 17.07.2007
  53. Попытка уточнения понятия «социальная группа» в Конституционном суде
  54. Конституционный суд России отказал Роману Замураеву
  55. Верховный суд готовит разъяснение антиэкстремистского законодательства
  56. Комментарий «СОВЫ» на Постановление Пленума Верховного суда об экстремизме
  57. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2011 N 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности». «Консультант Плюс» (28 июня 2011). Дата обращения 14 июля 2011. Архивировано 5 февраля 2012 года.
  58. Российская газета. — 2011. — N 142, 04.07.2011
  59. «Expresses its deep concern about the misuse of anti-extremism legislation involving the illegal implementation of criminal laws against civil society organisations such as Memorial and religious minorities such as Jehova’s Witnesses and Falun Dafa and the improper banning of their materials on grounds of extremism». — European Parliament resolution on the upcoming presidential election in Russia // The European Parliament, 14 февраля 2012
  60. [1]Венецианской комиссии о законе «О противодействии экстремистской деятельности», 2012 (англ.)
  61. Перевод Мнения Венецианской комиссии о законе РФ «О противодействии экстремистской деятельности», 2012
  62. 1 2 3 Ю. Тенюх-Юраева. Закон и практика
  63. АНАЛИЗ, КРИТИКА И ПРЕДЛОЖЕНИЯ в отношении Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»
  64. Российская газета. — № 122 (5498) от 8 июня 2011 года).
  65. Ершов Ю. Л. Реванш мракобесия. Антиэкстремистское законодательство наносит очередной удар // «Право и жизнь». — № 11. — ноябрь 2012 г. копия
  66. Ершов Ю. Л. Лысенковщина: теперь и в праве // Новая адвокатская газета. — № 19. — 2012.
  67. Султанов А. Р. Рассмотрение дел об ограничении свободы распространения мнений и убеждений и запрете литературы в особом производстве — возвращение упрощенных недемократических карательных практик? // Адвокат. № 11. 2013
  68. 1 2 ЕСПЧ вынес решение по жалобе участниц Pussy Riot. SOVA Center for Information and Analysis. Дата обращения 29 сентября 2019.
  69. Европейский суд по правам человека удовлетворил жалобы на запрет сочинений Саида Нурси. SOVA Center for Information and Analysis. Дата обращения 29 сентября 2019.
  70. ЕСПЧ поддержал жалобу осужденного за возбуждение вражды Станислава Дмитриевского. SOVA Center for Information and Analysis. Дата обращения 29 сентября 2019.
  71. ЕСПЧ признал нарушение Конвенции по правам человека в деле Саввы Терентьева. SOVA Center for Information and Analysis. Дата обращения 29 сентября 2019.
  72. Дело № 38004/12 «Мария Алехина и другие против России» (Жалоба по делу Pussy Riot) (рус.)  (неопр.) ?. Помощь для желающих обратиться в Европейский суд по правам человека в Страсбурге (17 июля 2018). Дата обращения 29 сентября 2019.
  73. Олег Анищик. Ибрагим Ибрагимов и другие против России: Постановление ЕСПЧ (рус.)  (неопр.) ?. Европейский Суд по правам человека. Дата обращения 29 сентября 2019.
  74. ДМИТРИЕВСКИЙ против РОССИИ (Dmitriyevskiy v. Russia). mmdc.ru. Дата обращения 29 сентября 2019.
  75. Дело № 10692/09 "Савва Терентьев против России" (рус.)  (неопр.) ?. Помощь для желающих обратиться в Европейский суд по правам человека в Страсбурге (28 августа 2018). Дата обращения 29 сентября 2019.
  76. Доказывание и оценка в практике ЕСПЧ по делам о свободе выражения мнений - Библиотека. zakon.ru. Дата обращения 29 сентября 2019.
  77. Решения Конституционного Суда РФ.
  78. Дело № 5-В10-67 от 05.10.2010 - Судебная коллегия по административным делам, надзор. dogovor-urist.ru. Дата обращения 29 сентября 2019.

Литература

Ссылки